Как работают иммигранты или все круги ада

Как работают иммигранты или все круги ада

Как-то в последние дни в моё инфополе попадает большое количество предлогов отыскать в памяти собственные иммигрантские скитания. на данный момент готовим интервью с английским велокурьером Дмитрием, которое должно выйти в начале следующей семь дней.

Сравнительно не так давно написал привычный из Англии, от которого ничего не было слышно уже лет семь, поболтали, так кроме того ностальгия пробрала до костей.

И в довершение, прочёл превосходный отчет про жизнь и иммигрантскую работу, написано весьма атмосферно и превосходно отражает то, что ожидает простого человека из восточной Европы. Очень советую к прочтению, начните «Записки из Англии» с первой части. Стиль изложения самого большого качества, поверьте, я осознаю кое что в текстах. ??

Захотелось написать заметку, в особенности про работу, условия, мысли, цели, чувство собственного преимущества и другое. Я уже сказал в заметке «Пора ли валить«, что моё мировоззрение во многом было организовано на протяжении иммиграции. Одним из самых значимых открытий стало то, что никто, не считая меня самого, мне не окажет помощь.

Люди платят большие деньги за психотерапевтические тренинги, каковые вытащат их из территории комфорта, в то время как возможно совсем безвозмездно устроить себе такое приключение, что впечатлений хватит на всегда. Езжайте трудиться нелегалом в Англию с парой сотен фунтов в кармане, возвратитесь вторым человеком, я гарантирую это.

В то время, когда я слышу что-то наподобие «ты в том месте будешь трудиться полотёром», то мне хочется смеяться. Трудиться полотером — да это же удача и счастье, которая выпадает одному нелегалу из тысячи! Я вам поведаю мало о том, как я трудился в Англии, приблизительно в 2001-2003 годах. Это легко воспоминания, и в случае если кому не весьма интересно просматривать довольно много буков, то простите. ??

Для начала сообщу, что до этого мне доводилось трудиться, возможно, не всегда в офисе, но работа была достаточно чистая и комфортная. Я, как и все отечественные люди, думал, что сильно устаю на работе, приобретая за это мало денег.

Исходя из этого, в то время, когда я услышал, что в Англии возможно приобретать в пять раза больше, трудясь «полотёром», то сделал вывод, что возможно мало поступиться эмоцией собственного преимущества, трудясь разнорабочим.

Начало, работа на полях в Англии

Я не буду особенно живописать собственную первую работу в Англии. не забываю лишь, как задавал вопросы себя, где же эта мифическая должность «полотёра», с которой я не не раздумывая внутренне примирился, в то время, когда совсем решил попытаться шкуру иммигранта.

Кратко сообщу, что работа была сдельная, по сбору урожаев на полях. Мне, как муниципальному человеку, изнуренному отсутствием физической деятельности в течение многих лет, получалось получать немногим больше, чем я приобретал на собственной работе дома. Этого с трудом хватало на оплату помещения на двоих и нехитрой еды.

Кстати, по поводу еды. В то время, когда я в первоначальный раз закупался в супермаркете, то удивился, как же всё дешево, не обращая внимания на то, что меня пугали громадными британскими стоимостями. Выяснилось, то, что я приобрел, иммигранты метко прозвали «адидасовскими» продуктами, по причине того, что снаружи упаковка самой бюджетной линии супермаркета Tesco напоминала эмблему известной компании. ??

Мой умудренный иммиграцией друг сходу предотвратил, что потребление данной еды в течение года гарантированно ведет к язве желудка кроме того у здорового человека.

Работа на полях была страшна еще и вследствие того что трудиться необходимо в любую погоду. Ливень, заморозки — никого не тревожит. С утра в обязательном порядке промокаешь полностью от осадков, пота и росы, и радуешься, в случае если к обеду выйдет солнце.

Однако, люди умудрялись делать легко огромные деньги на данной сдельщине. Для примера, в случае если я еле выгонялнорму, приблизительно 15-25 фунтов, то среди нас были такие, кто получал 120 фунтов в сутки в успешный сутки. За то же время.

Огромные деньги, кроме того для Англии. Эти уникумы трудились по большому счету практически без выходных и делали в месяц как минимум 2500 ф. Заработная плат весьма хорошего эксперта-британца, 2001 год, напоминаю!

Как бы не легко не было, к ноябрю эта работа кончилась. Посредник сообщил — «всем благодарю, увидимся весной». Накопленных денег хватало на месяц-второй провизии и оплаты жилья.

Нелегалам нереально искать работу самостоятельно, исходя из этого они обращаются в агентства по трудоустройству, каковые по поддельным документам устраивают их на прикормленные склады и фабрики.

К сожалению, сейчас освободилось довольно много иммигрантского народа с полей, и взять работу через агентство не получилось. До тех пор пока они кормили «завтраками», у меня кончались деньги.

В целом, ощущения от работы в Англии возможно было бы выразить смешным рассказом: «Чем отличается жизнь от полового участника? — Жизнь тверже».

Новое назначение — овощная фабрика

В то время, когда обстановка приблизилась прикасаясь к тому, что принято именовать «полный пипец», мне позвонил один британец, с которым мы трудились на полях. Он заявил, что его приятель ищет на пара месяцев людей, и не нужна ли мне работа. Я готов был сделать сальто назад, в то время, когда услышал, что на следующий день утром за мной заедет микроавтобус.

Пара озадачивало время — он заявил, что человек подъедет в пол-четвертого утра. Я кроме того переспросил два раза, поразмыслив, что неправильно осознал. Всё правильно — добрая половина четвертого.

В означенное время вправду к дому подкатил микроавтобус, и по окончании маленького знакомства, я устроился в заднем последовательности. Стало известно, что работа начинается в шесть часов утра, но нам необходимо объехать пол-округи, дабы собрать всех работников. Я был единственный не британец в данной компании, но приняли меня прекрасно, кроме того душевно.

Все они были, дабы помягче сообщить.., маргиналами. Вы наблюдали фильм Гая Ричи «Snatch»? Не забывайте британских цыган, одного из которых игрался Абсурд Питт?

Так вот, среди нас была женщина из для того чтобы цыганского табора, мы забирали её из закинутого караван-парка.

Я тогда не имел возможности осознать, из-за чего они кличут её gipsy, поскольку снаружи она ничем от них не отличалась. Оказалось, что цыгане в Англии имеют совсем второе происхождение. Кстати, говорила она точь в точь, как Питт в фильме — осознать её время от времени не могли кроме того британцы.

Еще был юноша лет тридцати, по имени Джош, с которым мы потом подружились. Он утвержает, что он закончил три класса начальной школы, и еле умеетпросматривать по складам. У него на лице были две татуировки, сделанные по пьяни его приятелями, а на животе страшный шрам — в молодости он взял удар ножом и чудесным образом выжил.

Человеком он был душевным, как и многие простые британцы, с которыми мне удалось познакомиться поближе.

Работа отечественная была на фабрике, занимающейся производством овощных полуфабрикатов. Сначала я кроме того с облегчением набрался воздуха, по причине того, что по окончании полей готовьсяна всё, что угодно, основное — в помещении.

Круги ада

Но кошмар лишь начинался. Нас проводили в раздевалку, где заявили, что из груды сырой и нечистой одежды необходимо выбрать себе по размеру белый халат, резиновый фартук, перчатки и сапоги. перчатки и Халат были еще ничего, но сапоги и фартук были дырявыми в нескольких местах.

Приказав одеть на голову одноразовую шапочку, нас проводили в цех, распределяя по местам. Целый цех был залит по щиколотку ледяной водой, которая тут же пробралась в мои дырявые сапоги.

Меня поставили к конвейеру, по которому бежала очищенная от кожуры картошка, в мои обязанности (и еще пятерых бедолаг) вменялось хищно смотреть за качеством овоща и откидывать в особый коробку гнилые экземпляры. Так как фабрикой закупался картофель самого поганого качества, мы вшестером еле успевали удалять с ленты конвейера гнилье.

Через пять мин., я с ног до головы был в слизи от гнилой картошки, через дырявый фартук одежда промокла ледяной водой с конвейерной ленты, а про собственные сапоги я и сказать не буду. В помещении было кроме этого холодно, как и на улице (ноябрь, близко к нулю).

Проработав три часа до первого пятиминутного (!) перерыва, я сделал вывод, что это настоящий преисподняя, и я не смогу тут трудиться. Ко второму перерыву я уже желал уйти и своим ходом добраться до дома (остановило только то, что у меня с собой не было денег).

В три часа закончился рабочий сутки, и постоянные работники фабрики засобирались к себе. Пришел супервайзер и сообщил нам — «превосходно, парни, бросайте эту картошку, идите, перекусите и поднимайтесь за другие станки».

Оказалось, что отечественная временная команда трудится не восемь часов, как постоянные работники, а двенадцать. Из-за чего нельзя оставить собственных людей на дополнительные часы? Всё легко: им необходимо платить за переработку, а временным работникам — нет.

В ночь перед работой я не дремал (привык ложиться в два-три ночи, а тут выезжать в пол-четвертого), и уже валился с ног, всецело продрогший, вымокший и выдохшийся в ноль. Трудиться до семи часов вечера? Ну….

В цеху, где трудились постоянные люди, было существенно теплее (в том месте нагревал воздушное пространство газовый калорифер, что, но, к нашему приходу уже отключили). Но работа была не лучше.

Представьте себе револьверный барабан, диаметром полметра. Таких барабанов стоит в ряд штук десять, перед ними справа налево идет конвейерная лента. Операторы должны хватать с данной ленты очищенную морковку (промытую ледяной водой) и как возможно стремительнее запихивать её в отверстия барабана.

Лента идет весьма скоро, барабан крутится еще стремительнее, мы не успеваем. У Джоша, стоящего крайним, скапливается куча моркови, и он в неистовстве выбрасывает её на пол. Ленту стопорят, мы собираем упавшую морковку и несем её на повторную промывку.

Руки уже давно ничего не ощущают от холода, ноги одеревенели до коленей. От мокрой одежды поднимается пар. Думаешь лишь о том, дабы успеть, в противном случае у Джоша снова скопится куча.

Позднее я выяснил, что британцы, каковые всегда работают на этих станках, успевают обрабатывать морковку вдвое стремительнее, чем мы. Многие из них трудятся на этом месте по 10-15 лет. Вы имеете возможность себе представить 15 лет, в ледяной воде, втыкать долбанную морковку в барабан.

Ежедневно, по восемь часов.

Время медлительно катилось к концу отечественного двенадцатичасового рабочего дня (плюс время перерывов), я уже ни о чем не думал, выжить. Подошел супервайзер и с просящей ухмылкой сказал, что только что пришел заказ на картошку из Morisson’s и необходимо его сделать. «Всего еще два часа, парни» — сообщил он.

Мои товарищи протестующе загудели, но отказываться, вопреки моим надеждам, никто не стал. Мы перешли обратно в тот цех, где трудились днем, и опять стали откидывать гнилую картошку.

Отечественная фабрика и её управление

Примечательно, что фабрика принадлежала британцу, трудились на ней британцы, но супервайзером был индус по имени Харри. В то время, когда я осознал, как он трудится, то проникся к нему уважением и осознал, за что шеф сделал его главой.

Харри приходил на работу в три часа ночи, контролировал и настраивал станки, подвозил на погрузчике первую партию овощей со склада и делал еще большое количество серьёзных мелочей. Уходил к себе по окончании всех, закрыв цеха. Он утвержает, что он уже забыл, в то время, когда дремал ночью больше четырех часов.

Я время от времени видел, как он, тёмный от грязи и усталости, ел собственный обед прямо в раздевалке, в сапогах и комбинезоне. Харри был весьма хороший супервайзер. Потом я стал его ассистентом и весьма удивлялся, как он умудряется удерживать в голове таковой поток информации в течение столь продолжительного рабочего дня.

Темп работы был просто бешеным, всегда приходили новые заказы, один серьёзнее другого, и необходимо было оперативно поменять станки, переставлять работников и не запутаться в бумагах. Я видел, что он неимоверным упрочнением сдерживается, в то время, когда в конце дня кто-то тупит либо отказывается делать его распоряжения.

Харри ни при каких обстоятельствах не кричал, кроме того в то время, когда ты не имел возможности физически сделать того, что он приказывал. У него была манера подойти к отчаявшемуся человеку и заявить, что он весьма доволен его работой и ценит упрочнения. По окончании таких слов усталость как словно бы рукой снимало.

Отечественная фабрика была весьма мелким предприятием, где трудилось всего человек 50, но рабочие процессы были налажены так действенно, что в простых условиях с таким потоком заказов не сумели справиться бы и 200.

Хозяин бизнеса был британец по имени Питер, весьма твёрдый человек, выжимавший максимум из собственной фабрики. Представьте себе моё удивление, в то время, когда в самые тяжелые часы Питер надевал халат с фартуком и поднимался к станкам.

Я не знаю, был ли экономический суть в его действиях, но это здорово нас вдохновляло. Также, по окончании каждого рабочего дня он приходил в раздевалку и сказал слова признательности да и то, сколько сделано тысячь киллограм заказов. Подозреваю, что постоянные работники приобретали какой-то бонус от общей выработки.

Не считая Питера в конторе трудился бухгалтер Джон, пожилой человек, помогавший по юности в радиоразведке. Он развлекал меня на перерывах знанием отдельных русских слов. Сказал, что весьма желал бы съездить в Москву, но для него это через чур дорого.

Первый сутки дался не легко. Часов в восемь вечера я упал на сидение микроавтобуса и уснул. Так как необходимо было развести всех работников, к моему дому мы подъехали через два часа.

Хорошо так поработал: ушел в пол-четвертого, пришел в десять.

Затем потянулась череда похожих друг на друга дней — работа по десять, двенадцать, четырнадцать часов. Близилось время Рождества, и заказы сыпались рекой. Супермаркеты, рестораны, кейтеринговые компании — вот клиенты отечественной фабрики.

Выводы

в один раз, через месяц, стоя за отупляющим конвейером, мне пришла идея, что я привыкаю к этому аду, и это было по-настоящему страшно. Мне выдали новые сапоги, я приловчился нагребать под ноги горку картофельных очисток, дабы не находиться в воде по щиколотку. Я обучился скоро откидывать гнилую картошку и втыкать морковку в барабан.

Я не отказывался ни от одного поручения, каковые мне щедро давал супервайзер Харри.

Он сообщил по секрету, что Питер не прочь покинуть меня на фабрике и по окончании нового года, в то время, когда временная команда уйдет. С одной стороны я радовался, но с другой — стучалась упорная идея, что в случае если я проработаю на данной фабрике еще полгода, то я окончательно останусь тут втыкать морковку.

И самое ужасное, что мне это будет нравиться, а через некое время я уже не захочу ничего другого. Каким-то образом я отыскал в себе силы отказаться от предложения, которое сделал мне шеф по окончании нового года. Позже я еще один раз возвратился на эту фабрику, но не простоял на конвейере и двух дней — Харри и сообщил Питеру, что ему нужен ассистент — я. Но, работа вместе с ним была в разы тяжелее тупого втыкания морковки, но это вторая история.

Да, работа в Англии весьма многому меня научила. Первое, что я осознал, что ни при каких обстоятельствах до этого не трудился по-настоящему да и то, что принимал за усталость, кроме того близко ею не являлось.

Я видел даму из Украины, которая так устала на работе, что уснула на лестничном пролете, обняв руками перила, и мы не могли её разбудить. Мне приходилось галлюцинировать от усталости на рабочем месте, время от времени сознание всецело выключалось за конвейерной лентой.

Я не желаю данной заметкой сообщить, какой я был стахановец. Но мне хотелось бы обратить внимание людей на то, что эффективность труда, которой тыкают в нас капиталисты — реально существует: мне довелось побывать винтиком в совокупности. И я вам сообщу, что эта совокупность перемелет любого.

В то время, когда люди, не довольные собственной работой, жалуются на то, что их заставляют так трудиться, что некогда обновить статус вконтакте, я скептически радуюсь.

Писец, это не в то время, когда вы за работу сисадмином приобретаете «всего» тысячу американских долларов, а в то время, когда вы втыкаете морковку в барабан и радуетесь тому, что у вас имеется работа.

Поверьте, в случае если у нас когда-нибудь наладят хотя бы близкий к западному рабочий процесс, то вся трудная работа, которую вам приходилось делать, покажется любимым хобби.

В отечественных государствах легко райские условия труда, за весьма большие деньги. К примеру, на данный момент минимальная заработная плат в Англии — 6.31 фунта, минус налоги. На всех фабриках люди трудятся как раз за минимальную ставку. Некоторым платят на фунт-два больше за выслугу лет, и это громадный успех.

Посчитайте, какая заработная плат окажется в месяц, при 38 часах в неделю.

Для чего?

Меня довольно часто задают вопросы, для чего, для чего я выдерживал все эти лишения (обрисованный эпизод — всего лишь один круг ада из многих). Мне сложно было ответить на данный вопрос тогда. на данный момент я осознаю — это было опробование.

Я не очень нуждался в деньгах, на родине меня, вероятнее, приняли бы на прошлое место работы, и я нормально имел возможность улететь к себе при появлении значительных неприятностей.

Но я в первоначальный раз принял настоящий вызов. Я был один в чужой стране, мне никто не имел возможности и не желал оказать помощь, рушилось всё мировоззрение. Вывод о себе, сформировавшееся за 25 лет, выяснилось только придуманными кем-то ярлыками.

Я понял, что чувство собственного преимущества, это не в то время, когда ты «уважаешь себя» неясно за что, а в то время, когда можешь выбраться с самого дна, сам, без чьей-то помощи. Не поддаться панике, не упасть в пропасть отчаяния.

В то время, когда в один раз меня одурачили русские посредники (они брали деньги за трудоустройство, а позже, перед первой выплатой, сдавали людей иммиграционной работе, но я успел удрать), у меня не было денег, дабы добраться до друзей, и я ночевал зимний период в парке на скамье. Кроме того тогда у меня не было отчаяния либо какого-либо другого негатива. Была идея «Для того чтобы наподобие еще не было, мдаа…».

Предположительно, я вправду принимал это как некоторый тренинг по выходу из территории комфорта, и по сей день четко вижу, что не будь его, моя личность стала бы совсем второй.

Я постоянно знал, что мы не необходимы ни работодателю, ни власти, но ощутить это душой смог лишь за рубежом. Это четко выяснило моё мировоззрение: «вам наплевать на меня, мне наплевать на вас, но я выберусь».

С того времени мне необычно видеть людей, чего-то желающих от власти, думающих, что кто-то в данной жизни им обязан. Не обязан, я это знаю совершенно верно. Вычисляете в противном случае?

Сохраняйте надежду на кого-то, и всю жизнь станете «втыкать морковку».

Нужна ли такая школа судьбы людям? Не знаю. Я встречал много различного народа в иммиграции, и не могу заявить, что опробования всем им открыли глаза.

Вероятнее, зависит от характера. Но попытаться ни при каких обстоятельствах не помешает! ??

Цените то, что имеете, приятели, но постоянно стремитесь к лучшему!

Как Данте создал Преисподняя

Темы которые будут Вам интересны: